темное, даже слишком...
дальше
Я становлюсь монстром только рядом с тобой. Неосознанно. Беспричинно... Я совсем перестаю контролировать себя.
Мне хочется ломать тебя, причинять боль, оставлять следы на нежной белой коже - синяки, царапины, ссадины... Сжимать руки и слышать, как ты беззвучно плачешь и только просишь "Не надо, Лекарь, пожалуйста, не надо". Кусать. Впиваться в мягкую плоть и чувствовать кровь. Знать, что ты еще долго будешь плакать. Рвать твое сознание иглами магии, многократно усиливая получаемую боль... наслаждаться, наслаждаться, наслаждаться, наслаждаться... и упиваться моментом полной власти над тобой.
Я ничего не могу с собой сделать: всегда в твоем присутствии хочется сломать эту едва зародившуюся, непоявившуюся улыбку на твоем лице, стереть так, как будто бы и не было ее никогда.
Почему? Может, потому что ты вся такая идеально-правильная? Добрая, беззлобная, несмотря на то, сколько грязи и гадости в твоей жизни произошло и происходит. Правильная в манерах, во внешнем виде, в телосложении, в общении со своей маленькой дочуркой, про отца которой ты никогда не упоминаешь. Правильная в учебе и отношениях с Марком. Да у тебя хоть один недостаток есть?! Хотя... конечно же, есть. Это твоя мягкость... преданность друзьям, точнее, одному другу - этому самому Марку - молодому пидарчуку, спасшему твою жизнь и поставившему на ноги, из-за которого ты сейчас и корчишься на моем столе и только "не надо, не надо, не надо, пожалуйста, не надо..."
Только ты не знаешь, что я испытываю потом, после твоего ухода... Ты просто не представляешь , каково это, ненавидеть себя за поступки, совершенные в здравом уме и твердой памяти. Не знаешь, но, может быть, понимаешь...
Но ведь я не садист... никогда раньше им не был. Ни с детьми, ни с внуками, ни даже с правнуками, которым явно не хватает классического воспитания и манер. Это направлено только на тебя. Только на тебя. И все. Наверное, у тебя есть какая-нибудь способность вызывать агрессию и ярость на себя? Но это надо будет проверить
Мне хочется ломать тебя, причинять боль, оставлять следы на нежной белой коже - синяки, царапины, ссадины... Сжимать руки и слышать, как ты беззвучно плачешь и только просишь "Не надо, Лекарь, пожалуйста, не надо". Кусать. Впиваться в мягкую плоть и чувствовать кровь. Знать, что ты еще долго будешь плакать. Рвать твое сознание иглами магии, многократно усиливая получаемую боль... наслаждаться, наслаждаться, наслаждаться, наслаждаться... и упиваться моментом полной власти над тобой.
Я ничего не могу с собой сделать: всегда в твоем присутствии хочется сломать эту едва зародившуюся, непоявившуюся улыбку на твоем лице, стереть так, как будто бы и не было ее никогда.
Почему? Может, потому что ты вся такая идеально-правильная? Добрая, беззлобная, несмотря на то, сколько грязи и гадости в твоей жизни произошло и происходит. Правильная в манерах, во внешнем виде, в телосложении, в общении со своей маленькой дочуркой, про отца которой ты никогда не упоминаешь. Правильная в учебе и отношениях с Марком. Да у тебя хоть один недостаток есть?! Хотя... конечно же, есть. Это твоя мягкость... преданность друзьям, точнее, одному другу - этому самому Марку - молодому пидарчуку, спасшему твою жизнь и поставившему на ноги, из-за которого ты сейчас и корчишься на моем столе и только "не надо, не надо, не надо, пожалуйста, не надо..."
Только ты не знаешь, что я испытываю потом, после твоего ухода... Ты просто не представляешь , каково это, ненавидеть себя за поступки, совершенные в здравом уме и твердой памяти. Не знаешь, но, может быть, понимаешь...
Но ведь я не садист... никогда раньше им не был. Ни с детьми, ни с внуками, ни даже с правнуками, которым явно не хватает классического воспитания и манер. Это направлено только на тебя. Только на тебя. И все. Наверное, у тебя есть какая-нибудь способность вызывать агрессию и ярость на себя? Но это надо будет проверить